|
|||||||
|
|
|
|||||
|
|
|||||||
Исповедь судьи
Судья. Эта профессия требует колоссальной нервной, психической нагрузки. Почти всегда – одна сторона довольна, а другая недовольна. И те, кто недовольны решением судьи, что только не делают. И матерными словами меня кроют и проклинают, и, вы не поверите, каким-то заговорённым маком в кабинете посыпают. Я уже настолько издёргалась, что, бывает, иногда ночью вскакиваю в испуге: “Ой, у меня завтра гражданское дело. Как я его буду рассматривать? Не упустила ли чего-нибудь?”. А по уголовному делу ещё сложнее: мучаешься сомнениями: “Он (подсудимый) такой хороший, такой воспитанный, жалко в тюрьму садить”. А что делать? Жалко-то жалко, но а как же закон? Римляне твердили: “Закон суров, но он закон”.
Я раньше работала адвокатом. С одной стороны, работа эта неплохая, много свободного времени, постоянно деньги в обороте. Но для меня всегда был проблемой гонорар. Когда просила заплатить за определённую работу деньги, слышала в ответ: “А у меня их нет”. И тогда я продолжала работать бесплатно. Мне говорили, что надо быть наглее, нахальнее, из глотки деньги вырывать. А у меня это не получалось.
Когда мне предложили перейти на работу в суд, я долго не колебалась. Психологически была уже готова – быть судьёй гораздо престижнее, чем адвокатом. Но и сложнее.
Сложность нашей работы в том, что мы работаем с людьми, а не с бумагами. А люди попадаются разные, а дела – очень сложные. Мне постоянно приходится поднимать очень много томов законов, изучать практическую деятельность Верховного Суда, расспрашивать своих коллег, сопоставлять факты... всё это занимает очень много времени.
За последние два года нагрузка увеличилась – ко мне перешла очень большая часть уголовных дел из областного суда. Это и хищения в особо крупных размерах, и изнасилование при отягчающих обстоятельствах, и др. Мало того, что сам по себе идёт вал дел из-за криминальной обстановки в городе, так ещё и эти дела добавили.
И вообще, я должна сказать, раньше человек просто так, с любым заявлением в суд не бежал – были ограничения. А сейчас по Конституции в суд можно идти по любому поводу, например, вас сегодня соседка обозвала нехорошими словами, всё – вы имеете право сразу же бежать в суд и требовать возмещения морального убытка. И когда встречаешься с подобным примером, то так и хочется сказать: “Слушайте, у меня лежит 50 уголовных дел (грабежи, разбои, изнасилование), а я должна вашей соседкой заниматься?!”.
В чём ещё сложность? В том, что у нас очень много пробелов в самом законодательстве – мы живём ещё по брежневским кодексам. Гражданский, уголовный кодексы были приняты ещё в 60-х годах. И вот по настоящее время всё добавляют и добавляют, изменяют и убирают. А издавать – не издают.
Сроки для рассмотрения дел, которые там предусмотрены, тоже нереальны. Разве можно рассмотреть трудовой спор в течение 7-ми дней, а алиментное дело в течение 10-ти дней, если я за два месяца вперёд расписываю дела? Я уже нарушаю этот принцип. Допустим, принесли мне толстую папку с делом, а его необходимо изучить и рассмотреть в течение 10-ти дней. А если я вам скажу, что в сейфе у меня 50 таких дел и каждое подлежит тщательному изучению? Следователь нынче пошёл молодой, ошибок делает много и приходится проверять каждый листочек, а то и возвращать на доследование.
Вы интересуетесь, в чём заключается задача судьи... Если это гражданское дело, мы рассматриваем спор по существу. Если истец доказывает свои требования, а ответчик не может его опровергнуть, конечно, выносим решение в пользу истца. Бывает и такое, что в процессе рассмотрения выясняется, что не прав истец. Мы же руководствуемся только Законом и доказательствами, которые представят стороны.
Да, наша профессия – в числе престижных. Но знает ли кто-нибудь, насколько мы, судьи, беззащитны, что нам некуда даже пожаловаться. Как третья власть, мы существуем фактически только на бумаге. Мы сами можем “карать и миловать”, а сами – бесправные. Бастовать нам нельзя, вмешиваться в политику нельзя, вступать в какие-то союзы, партии тоже нельзя –запрещено Законом. Я помню, последний раз мы бастовали в 1991 году. После этого нам, конечно, зарплату повысили, но почти сразу же после этого вышел Закон о том, что нам бастовать нельзя. Единственное, что можно, - это работать с утра и до позднего вечера.
Слава Богу, что нам разрешили судейское самоуправление, и сейчас мы будем что-то решать, а то наше Министерство юстиции совсем о нас не заботится. Зарплата у нас от 110 до 125 гривен. Хорошо ещё, что есть надбавка за интенсивность работы, за квалификацию и за выслугу лет. Итого – 300 гривен в месяц. Я считаю, что это не нормальная зарплата судьи, потому что во всем мире судья – это верх юридической карьеры, это самая высокооплачиваемая должность. И там к судье никто не осмелится пойти с конвертом... А у нас в стране судья просит милостыню в райисполкоме, чтобы приобрести бумагу, ручки, конверты и марки. Кроме этого, Министерство юстиции не обеспечивает нас кодексами. В 1994 году Кабмин постановил, что нам должно выделяться обмундирование – пальто, берет, сапоги и даже варежки. Когда мы нашли это постановление,– смеялись до слёз. Мы вообще этого ничего не видим. Вы посмотрите, какие страшные у нас мантии. Они напоминают застиранный узбекский халат на три пуговицы.
Предлагали мне взятку? Да, и не раз. Скажу прямо, были соблазны взять эти деньги... Но не взяла.
Сдают ли нервы? Ой, это больной вопрос! Приходится иногда сидеть на заседании и молить Бога дать силы вытерпеть до конца и ничего не ляпнуть. А что делать? Если я выскажу во время процесса свою нервозность, то одна сторона скажет: “Ага, судью подкупили, она против нас...”
Сначала было страшно вершить суд. Но, когда знаешь Закон, когда приходит опыт и знания, я чувствую себя на своём месте: всё для меня ясно, всё можно оперативно рассмотреть...
А вообще-то, на душе у меня тоска зеленная: вижу, чувствую, что всё не так, как должно быть...
Как работается судье за границей? Там дела судья не рассматривает, там председатель суда расписывает, в каком зале сегодня будет работать судья. Когда в зал приходит судья, у него стопка дел лежит, и он фактически не знает, что это за дела. Берёт одно из них. Заходят истец и ответчик, их адвокаты. Им отведено 30 минут. Не уложились – ваши проблемы. Судья за 30 минут рассмотрел, ушёл, посовещался и вынес решение. Судья ни с кем не контактирует заранее: ни с истцом, ни с ответчиком. И это правильно. А у нас? Ну, кто придумал эти дурацкие приемы, – судья ведёт приём граждан? Это ведь в корне не правильно!
А сравните зарплату: за границей судья получает более 10 тысяч долларов за месяц, а в Украине – 25 долларов. Чем не рекорд? И так во всём. Так что не говорите мне, что у меня престижная профессия...
Исповедь
выслушала и записала Ольга Данник.
Опубликовано 19.08.99 в Запорожской газете “Наше
время”.
Обратите внимание: как это часто бывает, недостаток знаний наводит тень на плетень. За границей нет такого порядка рассмотрения дел о котором сказано выше ("Заходят истец и ответчик, их адвокаты. Им отведено 30 минут. Не уложились – ваши проблемы. Судья за 30 минут рассмотрел, ушёл, посовещался и вынес решение. Судья ни с кем не контактирует заранее: ни с истцом, ни с ответчиком"). Нужно хотя бы заграничные сериалы смотреть, что бы усвоить - за рубежом дела могут рассматривать не 30 минут, а долгими годами (до тех пор пока не станут ясными и достаточно доказанными обстоятельства дела). Судьи находятся в контакте не только со сторонами дела, но и с их адвокатами. При рассмотрении гражданских дел в некоторых странах (например в США) судья не удаляется из зала заседаний, ни с кем не совещается, а сразу выносит решение.